Игорь Стравинский: почему его называли великим экспериментатором в музыке?

«В царстве звуков вы намного расширили границы дозволенного» Клод Дебюсси.

21 сентября 1962 года, около четырех часов пополудни на Шереметьевском аэродроме ожидали самолет из Парижа. Наконец, ТУ-104 на земле, подан трап, мгновенно облепленный репортерами, прожекторы, камеры. Последним появляется опирающийся на палочку старый человек маленького роста, черное пальто, темные очки. Он снимает шляпу, приветливо улыбается.

28-летним юношей, в 1910 году, Игорь Федорович Стравинский покинул Россию. И вот спустя более полувека он возвращается на родину. На излете была краткая оттепель конца 50-х-начала 60-х годов ХХ в., открывшая двери в Россию для многих великих музыкантов. Такого сияния талантов, культуры следующие поколения меломанов уже были лишены.

Крупнейший мастер ХХ в., истинный гражданин мира – в славе своей никогда не забывавший, что он русский композитор и дирижер, вновь смог увидеть Москву и родной до мелочей Петербург-Ленинград. Поднимаясь с первыми лучами неяркого ленинградского солнца, Стравинский пешком обходит почти все его улочки. Сколько раз он видел их во сне, сколько раз представлял себе эту желанную встречу с городом своей молодости. При создании произведений на чисто русские мотивы перед его взором всегда возникали образы старой Москвы и вечно юного Петербурга.

Воздух родины retirement panama словно придает ему силы. Его концерты, во время которых 80-летний Стравинский сам встает за дирижерский пульт, стали триумфом подлинной молодости духа, энергии и воли, уроками истового служения музыке и профессионализма высшего качества. Он вспоминает свой первый большой успех в 1913 г., успех «Весны священной», и жалеет, что впервые его произведения исполнялись не в России.

Французский композитор А. Онеггер тогда писал: «Как мы в нашей юности могли избежать влияния взорвавшейся, подобно атомной бомбе, «Весны священной», опрокинувшей в 1913 году всю нашу технику письма, весь наш стиль? Эта бомба была выдумана и брошена мудрейшим и сильнейшим из композиторов. И с тех пор господствует Царь Игорь. Он дает бой всегда новым оружием и, нанося поражения противникам, открывает новые перспективы своим приверженцам. Есть ли еще гений такой же ошеломляющий, переменчивый и более остроумный, чем он?»

Взрывные ритмы, резкость контрастов, стихия языческих картин «Весны священной» повергли в трепет, изумление, негодование публику «русских сезонов» в Париже, где был впервые исполнен этот балет. Неслыханное дотоле использование возможностей симфонического оркестра, стремительно обновившаяся звуковая палитра, дерзкое и бесповоротное вторжение новой эстетики – все это словно было предчувствием грядущих социальных потрясений.

Но одновременно с «Весной священной» художественные искания композитора направляются в иную сторону; и здесь рука об руку с профессиональным portsmouth in dominica новаторством идет традиция психологически тонкого восприятия мира и человека – традиция гуманистической русской литературы XIX века.

Общечеловеческая драма, предстающая из балаганной пантомимы – таков смысл «Петрушки», другого звездного балета «Русских сезонов». В пестрой смеси ярмарочных «потешных сцен» – лубочного фольклора, мещанских романсов, дурачества – оркестр сострадающе высвечивает одинокую душу непонятого и отвергнутого шута. Стравинский нашел те звуки, те сочетания звуков и тембров, которые рисуют образ любящего, забитого, всегда несчастного Петрушки.

Сейчас на сайте 0 пользователей и 0 гостей.